Православные молитвы

Церковь преподобного Давида Солунского в монастыре Латому

Единственная постройка, оставшаяся от монастыря преподобного Давида (Латому)

На высоком холме в древней части города стоит единственная постройка, оставшаяся от монастыря преподобного Давида (Латому), который в народе называют просто «Осиос Давид». Это небольшой храм, прячущийся от посторонних взоров на улице Тимофеос, что в конце улицы Айяс Софияс. Перед храмом имеется открытый дворик с множеством поющих птиц и растений в горшках. Отсюда открывается прекрасный вид на Салоники. Этот храм был построен в пятом веке над зданием римских бань. Западная часть здания разрушена, но, по всей видимости, это был купольный храм с крестом в основании. В апсиде алтаря сохранилась прекрасная мозаика пятого века с изображением сцены видения пророка Иезекииля, с образом безбородого юноши-Христа в центре, в окружении пророков Иезекииля и Аввакума и символов четырех евангелистов. Простирая десницу и словно призывая внимать Ему, Христос держит в левой руке свиток с надписью: «Вот Бог наш, на Которого надеемся и Которому радуемся в ожидании спасения. Ибо он пошлет мир дому сему». Говорят, что эта фреска была создана по заказу одной богатой и, возможно, знатной женщины по имени Феодора. Высказывается предположение, что она принадлежала к нехристианской семье. Так или иначе, мозаика вскоре после изготовления был закрыта телячьей кожей и заштукатурена. Какова бы ни была причина, по которой мозаику старались спрятать, это спасло ее от уничтожения во времена турецкого ига, когда храм использовался как мечеть. Мозаику обнаружили лишь в двадцатом веке, после возвращения этого здания Церкви.

Изображение Господа. Фреска в храме Латому

Есть еще нечто загадочное, связанное с этой мозаикой. В монастыре преподобного Давида имеется табличка без указания даты, со следующей надписью на греческом языке: «Святому Сеннуфию, подвижнику из Нитрии египетской, было видение и голос с небес, подобный Авраамову, говоривший, что ему следует покинуть свою страну и келью и «идти в монастырь Латома в Салониках, который я покажу тебе». Он пришел и спросил иноков об иконе Господа, но они ничего о ней не знали, и он вернулся в Нитрию. Там он снова услышал тот же голос, произнесший те же слова. Он опять пришел сюда и когда стоял здесь, случилось великое
землетрясение, и открылась эта мозаика». Рядом с этой надписью находится икона святого Сеннуфия.

Таким образом получается, что мозаику скрывали от людских глаз дважды. Может быть, нехристианской семье нежелательно было обнаруживать свое участие в таком деле или изображение Господа было слишком нетрадиционным, чтобы оставаться открытым, или же его спрятали, стараясь спасти от осквернения в эпоху вооруженных иноземных вторжений и иконоборчества.

Мощи преподобного Давида покоятся не здесь, в Латому, а в церкви преподобной. Феодоры на улице Ерму.

 

Преподобный Давид Солунский

Преподобный Давид Солунский
О юности и о родителях преподобного Давида мало что известно. Мы знаем лишь, что он родился в конце пятого века. По сведениям, сообщаемым его биографом, он в ранней юности принял постриг в монастыре Святых Мучеников Феодора и Меркурия в Салониках, известного также под названием Кукульятон. Он был прилежным и неутомимым монахом, смиренным и воздержанным, и, прилагая добродетель к добродетели, быстро поднялся к вершинам святости. Много читал Священное Писание, жития святых и труды Отцов Церкви. Особенно вдохновили его жития великих столпников, которые ради Господа умерщвляли в себе все плотское, живя высоко над землей на маленьких платформах или столбах. Пищу им доставляли ученики, жившие в келье рядом со своим духовным отцом. Столпники годами не сходили вниз, умерщвляя свои страсти и прославляя Бога. Самыми известными из них были преподобный Симеон Дивногорец, еще один святой столпник — преподобный Симеон, а также преподобные Даниил и Патапий Столпники.

В некоторых случаях для духоносных старцев-исихастов, духовных отцов, живших вблизи больших обшин, это был единственный способ спокойно и беспрепятственно проходить аскетические подвиги. Пути избранников Божиих — тайна для тех из нас, кто едва ступил на путь самоотречения, и если их подвиги кажутся нам непонятными, следует смотреть на духовный
плод их жизни. Столпничество же приносило обильные плоды — различные чудеса и исцеления, утешение скорбящих, помощь обремененным грехами, духовное наставничество и пророчества. Благодать Божия обильно изливалась в наш мир посредством этих избранных сосудов Святого Духа.

Именно к таким людям и могут быть отнесены слова Господа о том, что «Царство Небесное силою берется» (Мф. 11, 12). Они охотно отказывались от каких бы то ни было удобств ради Царствия Божия, отдавали себя во власть стихий, терпели мучительный зной, снег и дождь. Господь с избытком давет Свою благодать таким добровольным мученикам.

Читая жития столпников, святой Давид исполнился духовной ревности и пришел к покаянию. Он забрался на миндальное дерево, росшее рядом с храмом, соорудил себе небольшую платформу и стал там жить, терпеливо перенося палящий летний зной и зимнюю стужу. Его решение принять на себя подвиг столпничества было скорым, но не импульсивным. К тому времени он уже был опытным духовником, и его ученики, желая избавить своего духовного отца от страданий столпничества, умоляли его сойти с дерева. «Нам необходимо общение с тобой,» — просили они, обещая выстроить ему уединенную келью там, где он пожелает, только чтобы у них была возможность собираться вокруг него. Но Святой проявил несгибаемую твердость. Он отвечал им: «Братие и чада, я — недостойный грешник, но Христос Господь. Пастырь Добрый, положивший жизнь за Своих овец, защитит вас от козней диавола. Всеблагой Бог удостоит вас Царства Небесного. Что до меня, то я не сойду с этого дерева до истечения трех лет, а после этого спущусь лишь по Его повелению, ибо если не будет Его воли, чтобы я спустился, я останусь здесь навсегда».

Он остался на дереве и жил подобно древним столпникам, с одной лишь разницей: у них были столпы, стоявшие крепко и прочно, а его дерево зимой месяцами качалось в разные стороны на ветру, насквозь продувавшем монастырь. Отец Давид переносил все это без страха, уныния и усталости. Подвиги не изнуряли его. Его лицо, на котором лежала печать небесной красоты, всегда было светлым и сосредоточенным.

По прошествии трех лет Давиду явился Ангел и сказал: «Господь услышал твои молитвы и дарует тебе смиренномудрие, которое ты испрашивал столь прилежно, чтобы ты мог поклоняться Ему со страхом и благоговением. А потому пришло время тебе сойти с дерева и жить в келье в священной тишине, благословляя Бога, до тех пор, пока не сподобишься совершить еще одно дело любви. После этого твоя душа обретет покой, а тело — отдохновение от трудов».

Святой инок призвал своих учеников и рассказал им о посещении ангела. Они с радостью побежали приготовить ему келью и сообщить митрополиту Дорофею о том, что сказал Ангел. Митрополит, все эти годы наблюдавший за ним в смиренном благоговении, поспешил к подножию дерева, приветствовал подвижника целованием и с великим почтением помог ему спуститься. После литургии Святого проводили в келью.

Господь, повелев Своему рабу прервать подвиг столпничества, теперь стал изливать через него Свою благодать. По молитвам преподобного Давида, взывавшего ко Христу, больные получали исцеление, слепые прозревали, бесы выходили из людей, одержимых нечистыми духами.

Как-то раз под окном у преподобного Давида появился молодой человек, страдавший одержимостью, и начал кричать: «Освободи меня, Давиде, слуга Предвечного Бога, ибо из твоей кельи вырывается огонь и жжет меня». Праведник протянул руку из окна, схватил юношу и сказал, обращаясь к нечистому духу: «Господь наш Иисус Христос, Сын Бога Живаго, повелевает тебе выйти из Своего творения». Он запечатлел свои слова крестным знамением, и свершилось чудо — бес вышел из юноши.

В другой раз одна слепая старушка, узнав о добродетельной жизни Святого, попросила знакомых отвести ее к его келье. Она с плачем упала перед ним на землю и стала умолять исцелить ее от слепоты, как Христос исцелял незрячих. Монах отнесся к ней с состраданием, долго молился, а потом велел ей подняться и приблизиться к окну. Он осенил ее глаза крестным знамением, вслух молясь Господу о ее исцелении. И в то же мгновение зрение вернулось к ней. После этого случая жители Салоник стали считать его угодником Божиим.

Несколько лет преподобный Давид прожил в одиночестве, до тех пор, пока для жителей земель, окружавших Салоники, не настал час тяжких испытаний. Крестьяне страдали от нескончаемых набегов грабителей-мародеров, но в те времена в городе не было имперского представителя, лишь наместник, правитель соседней области. Отсутствие постоянного правителя привело к хаосу в делах, и наместник послал письмо митрополиту Аристиду (занявшему место почившего Дорофея), прося его лично или хотя бы через кого-либо из известных ему надежных и добродетельных людей ходатайствовать перед Императором о назначении в Салоники правителя. Митрополит прочел это письмо в присутствии городского духовенства и знати и спросил, кого бы они хотели отправить к Императору. Все были единодушны в том, что ехать к Императору следует преподобному Давиду, чем он и исполнит пророчество Ангела о последнем деле любви.

Митрополит вызвал его из кельи, и все, кто смотрели на него, изумлялись: волосы у него доросли до пояса, борода — до земли, а лицо сияло красотой, подобной Аврамовой. Сначала Святой не хотел брать на себя выполнение этой задачи, ссылаясь на преклонный возраст и неспособность к такого рода делам. Наконец, чтобы не выказывать непослушания, он, скрепя сердце, согласился, предсказав, что Император действительно дарует ему просимое, но сам он умрет, не возвратившись в Салоники. Митрополит подумал, что он пытается найти предлог, чтобы не ехать, и обратился к нему с тихим увещеванием, сказав: «Тогда уподобься нашему Пастырю и Господину, предавшему Себя на смерть ради нас. Отдай свою жизнь за людей, да обретешь благодарность у людей и похвалу у Бога как подражающий Его страданиям».

В должный срок Старец поехал в Константинополь. Когда он прибыл в столицу, Императора Иустиниана (527—565 гг.) не было во Дворце. Преподобного Давида с радостью приняла Императрица Феодора, узрев в нем сияние святости. По возвращении Императора, она рассказал ему о необычном госте: «Всеблагой Бог смилостивился над нами и послал Вашему Величеству ангела из города Салоники — воистину мне кажется, будто я узрела лик Аврамов». На следующее утро Император созвал заседание Сената, отправив своих слуг сопровождать Старца до тронного зала. Святой вошел в зал, положил себе на руку горящий уголек, посыпал на него ладана и стал медленно обходить помещение, кадя в сторону царской четы, придворных, послов и слуг. Каждение заняло больше часа, но рука Преподобного оказалось невредима. Иустиниан принял его с честью и был рад выполнить его просьбу. Он подписал соответствующий указ, отдал его подвижнику и сказал: «Молись о мне, святый Отче». После этого он с почтением откланялся.

Подвижник сел на корабль, плывший в Салоники, но, как он и предсказывал, живым он туда не добрался. Когда до берега оставалось не так далеко, он сказал ученикам: «Чада мои, настал мой конец. Похороните меня в монастыре, где прошла моя жизнь, и заботьтесь о своем спасении, чтобы вам обрести вечный покой». Когда корабль достиг мыса Эмволос, откуда уже был виден монастырь, он поцеловал на прощание учеников и предал душу Богу. В это мгновение корабль, шедший на всех парусах с попутным ветром, внезапно остановился. Команда и пассажиры ощутили чудесное благоухание и услышали, как вокруг поют неземные голоса, славя Господа. Корабль вдруг снова поплыл, так же внезапно как остановился, но, словно ведомый высшей силой, пошел не в порт, как обычно, а к западной части города, куда за столетия до того нечестивые бросили святые мощи святых Феодула и Агафопода.

Народ, узнав о кончине своего возлюбленного Отца, вышел вместе с Митрополитом, чтобы перенести его тело в монастырь, который вскоре переименовали в его честь.

Мощи преподобного Давида.

Спустя сто пятьдесят лет тогдашний игумен монастыря решил открыть моши Преподобного и поместить их в раку для всеобщего поклонения. Однако когда иноки начал копать, каменная плита над могилой раскололась на четыре части. Игумен почувствовал, что это знак, свидетельствующий о том, что начатое им дело не угодно Святому, и приказал прекратить работу. Через несколько лет духовный сын этого Игумена, по имени Сергий (впоследствии он стал митрополитом Салоник), стал молиться, чтобы Святой позволил ему взять маленькую частицу своих мошей. Прошло много времени, и он, наконец, почувствовал, что Бог благословляет его сделать это. Открыв гроб преподобного Давида, он обнаружил его нетленные мощи и не решился ничего взять, кроме нескольких прядей волос из его бороды. Эти пряди потом веками с благоговейной любовью хранили солунские христиане. В наши дни моши преподобного Давида покоятся в церкви преподобной Феодоры на улице Ерму в Салониках и в монастыре Дохиар на Горе Афон.

День памяти преподобного Давида 26 июня.

Поделитесь с друзьями:
  • Facebook
  • В закладки Google
  • Add to favorites
  • Live
  • LiveJournal
  • Print
  • Twitter
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Сто закладок
  • Яндекс.Закладки
  • RSS
  • Блог Я.ру
  • БобрДобр
  • МоёМесто.ru
  • Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

десять − 1 =

Анти-спам: выполните заданиеWordPress CAPTCHA