Церковь преподобной Феодоры

В маленьком храме на улице Ерму, недалеко от Айа Софии и от берега, покоятся мощи двух самых любимых в Салониках святых — преподобной Феодоры Мироточивой и преподобного Давида Солунского. Церковь является частью монастыря преподобной Феодоры Мироточивой. Сначала он носил имя
святого Стефана, а после кончины преподобной Феодоры в 892 году его переименовали в честь этой Святой. Святая Феодора родилась в 812 году на острове Эгина. В 837 году она поступила в обитель святого Стефана, где потом и скончалась. Турки, напав на Салоники в 1430 году, разграбили этот храм и выбросили из раки мощи преподобной Феодоры. Благочестивым христианам удалось их собрать. Во времена турецкого ига храм был известен под названием «Малая Святая София». К сожалению, древние монастырские постройки погибли в пожарах 1890 и 1917 годов. В 1935 году они были возведены заново. В 1957 году здесь возвели второе большое здание, которое сейчас используется для размещения приезжающего погостить православного духовенства. Сам монастырь сейчас не действует.

В храме, украшенном прекрасными фресками, пребывают под сенью мощи этих святых: справа от входа покоятся мощи преподобного Давида, слева — преподобной Феодоры. Над.мощами находятся фрески со сценами из их житий.

Преподобная Феодора Мироточивая

Преподобная Феодора Мироточивая
Преподобная Феодора родилась на острове Эгина в 812 году в семье протопресвитера (старшего священника) местного собора отца Антония и получила при крещении имя Агапе. Мать девочки умерла вскоре после родов, а отец Антоний, поручив новорожденную дочь заботам ее крестной матери, покинул дом и принял монашеский постриг. В возрасте семи лет девочка была помолвлена и потом выдана замуж, вероятно, в подростковом возрасте. Около 820 года остров подвергся серии опустошительных набегов арабских пиратов, и во время одного из этих набегов был убит единственный брат Агапе, служивший диаконом. Полагая, что набеги будут продолжаться, муж Агапе отправился к ее отцу за советом. Отец Антоний посоветовал им уехать в Салоники, где у семьи были родственники, и сам поехал с ними.

В Салониках отец Антоний отыскал уединенное место подальше от городской суеты, называвшееся Торопа, и основал там скит. Агапе с мужем устроились в городе. Она родила троих детей, но второй и третий умерли вскоре после рождения. Даже смерть третьего ребенка не сломила Агапе, и она умоляла мужа не отчаиваться, напоминая ему, что Господь благословил их, даровав им детей. Она предложила сделать эту жертву Богу совершенной — отдать старшего ребенка (девочку) в монастырь.

Муж согласился, и они отвезли шестилетнюю дочь в обитель святого Луки к игуменье Екатерине, своей родственнице, сестре архиепископа Антония Солунского. На следующее утро девочку постригли с именем Феописта, и она осталась в обители. Муж Агапе вскоре после того скончался, и молодая вдова, отметив третий и девятый день по его кончине, быстро раздала все свое имущество. Она отделила третью часть бедным на помин души мужа, а остальное пожертвовала обители святого Стефана, в которую поступила и сама. Зная ее благочестивую жизнь, игумения Анна позволила ей принять постриг сразу. В монашестве она получила имя Феодора. Она всегда жила по вере, и теперь ей это помогло легко приспособиться к монастырским порядкам.

Приведем два случая из ее монашеской жизни, показывающие силу характеров Феодоры, игумении Анны и Феописты. Через несколько лет после пострига Феописты умерла игумения Екатерина, и девочку привезли к матери в монастырь. Игумения Анна приняла ее. Феодора, вполне естественно, переживала за дочь (при поступлении в обитель Феодоре было только двадцать пять лет), опасаясь, что монастырская жизнь окажется слишком суровой для ребенка, и просила Игумению оказывать Феописте снисхождение в том, что касается одежды и еды. Игумения несколько раз напоминала Феодоре, что ей следует сдерживать естественную привязанность к дочери, и что дитя уже давно посвящено Богу, и не подобает забирать обратно пожертвованное Ему. Как-то раз Анна застала Феодору в заботах о дочери, и, увидев что между матерью и дочкой восстановилась тесная родственная связь, запретила им разговаривать друг с другом.

Они прожили бок о бок в одной келье пятнадцать лет и ни разу не сказали друг другу ни слова. Когда одной из них нужно было привлечь к чему-либо внимание второй, она прибегала к посредничеству какой-нибудь другой сестры, и таким образом  им удавалось сохранять послушание Игуменье без особой горечи и печали. По прошествии пятнадцати лет, когда однажды Феодора тяжело заболела, сестры стали просить Игуменью разрешить узы молчания, сковывавшие мать и дочь. Анна выполнила просьбу сестер, и Феодора с Феопистой смогли свободно общаться до конца своих дней. Узы родства уже не были препятствием на пути духовного возрастания.

В один год выдалась очень холодная зима. Как-то Игумения велела принести монахиням еду в кельи, а не в трапезную. Принесли котел с водой, но в течение дня, пока он кипел, вода, бурля и переливаясь через край, намочила все, что находилось рядом, в том числе и то место, где обычно спала Феодора. Феодора перенесла свой матрас и овечью шкуру на другое место и продолжала работать. Настоятельница, видя, что она решила найти себе другое место для сна без благословения, воспользовалась возможностью приобрести для нее венец послушания. Она позвала Феодору, отругала за своеволие и нерадивость, проявившуюся в том, что та не испросила благословения. Анна назначила ей епитимью — провести ночь во дворе, на холоде. Феодора безропотно провела ночь на леденящем ветру. С неба потоками лил дождь. Ей некуда было присесть, так как вся земля была насквозь мокрой, и она до самого рассвета просидела на корточках. Утром  Анна похвалила ее за послушание в присутствии сестер, уподобив ее Сорока Мученикам Севастийским, и позвала в келью, в тепло. Отвечая на расспросы сестер, недоумевавших, как она смогла выдержать такое испытание, Феодора сказала: «Приняв с верой эту епитимью, я уже не чувствовала ни дождя, ни боли, ни иного какого неудобства, а только радость и счастье — мне казалось, что я нахожусь в теплой купальне».

Игумения Анна прожила до 120 лет, и в последние годы за ней ухаживала именно Феодора. Когда Анна ушла на покой, Феописта, дочь Феодоры, стала игуменией обители.

Прожив долгую жизнь в послушании, стяжав монашеские добродетели и сотворив много добрых дел, Феодора скончалась 29 августа 892 года в возрасте восьмидесяти лет. Перед смертью она проболела пять дней и причастилась Святых Христовых Тайн. Сестры, стоявшие у ее смертного одра, видели, как ее лицо просияло неземным светом. Ее чело было усеяно благоуханными капельками пота, а после кончины  ее лицо озарилось небесной улыбкой.

Услышав о ее кончине, близкий друг Феодоры, тяжело больной диакон Димитрий, служивший в церкви святого Димитрия, пришел попрощаться с ней. Он дал ей последнее целование и вдруг почувствовал, что над ним свершилось чудо исцеления. Получили исцеление и еше двое христиан, присутствовавших на погребении. Через девять дней после кончины Феодоры из лампады над ее могилкой стало изливаться благоухающее масло. Сестры собирали его в кастрюли и сковородки и раздавали как благословение. По прошествии двух лет, когда было составлено ее житие, масло все еше истекало из лампады. Мы не знаем, как долго это продолжалось. До сих пор сохранились маленькие свинцовые флаконы с отпечатком образа преподобной Феодоры. В эти флаконы паломники во времена Палеологов (1259—1453) набирали чудотворное лампадное масло, а, возможно, и миро от мощей Преподобной, спустя целых триста лет после ее кончины.

Меньше чем через месяц после ее погребения солунскому художнику по имени Иоанн несколько раз приснилась преподобная Феодора, с которой он при ее жизни не был знаком. Он посетил ее могилу, удостоверился в подлинности чудес и, не зная, как она выглядела, написал ее икону. Все, кто видел ее при жизни, подтвердили, что художник изобразил ее в точности такой, какой она была. Вера в ее святость возникла и распространилась сразу после ее кончины. К моменту перенесения мощей святой Феодоры, состоявшемуся спустя десять месяцев после погребения, уже были написаны первые стихиры в ее честь. Службы, которыми мы пользуемся для прославления этой Святой, включают произведения ее современника Иоанна Песнописца.

В храме преподобной Феодоры

Перед смертью преподобная Феодора попросила дочь похоронить ее отдельно, но священники настаивали, чтобы она, согласно местному обычаю, была похоронена вместе с другими сестрами. Однажды, спустя десять месяцев после кончины Преподобной, часть мраморной крышки гробницы вдруг раскололась с громким треском — сама по себе, без какого-либо воздействия — разделившись на три части в присутствии двух свидетелей, молившихся там. Одной из свидетельниц этого события была Феописта, а второй — парализованная глухонемая женщина, которая тут же исцелилась от всех недугов. В тот же период Феописта постоянно видела сны, в которых мать просила перезахоронить ее так, как она говорила при жизни. И вот через месяц, 3 августа 893 года, по благословению Игумении нетленные мощи преподобной Феодоры были перенесены в каменную гробницу. После этого из тела Святой стало истекать миро. Это миро потом собирали на протяжении столетий, проделав в ногах раки небольшое отверстие. В первые годы после кончины Святой происходили чудеса исцеления таких недугов как паралич, оспа, болезни костей и одержимость. И в наши дни тоже совершаются чудеса по молитвам у мощей преподобной Феодоры. Древнейшая из дошедших до нас икон этой Святой — это фреска одиннадцатого века в храме Айя София в Салониках.

Церковь празднует день памяти преподобной Феодоры 29 августа, день перенесения ее мощей 3 августа.

Единственная постройка, оставшаяся от монастыря преподобного Давида (Латому)

На высоком холме в древней части города стоит единственная постройка, оставшаяся от монастыря преподобного Давида (Латому), который в народе называют просто «Осиос Давид». Это небольшой храм, прячущийся от посторонних взоров на улице Тимофеос, что в конце улицы Айяс Софияс. Перед храмом имеется открытый дворик с множеством поющих птиц и растений в горшках. Отсюда открывается прекрасный вид на Салоники. Этот храм был построен в пятом веке над зданием римских бань. Западная часть здания разрушена, но, по всей видимости, это был купольный храм с крестом в основании. В апсиде алтаря сохранилась прекрасная мозаика пятого века с изображением сцены видения пророка Иезекииля, с образом безбородого юноши-Христа в центре, в окружении пророков Иезекииля и Аввакума и символов четырех евангелистов. Простирая десницу и словно призывая внимать Ему, Христос держит в левой руке свиток с надписью: «Вот Бог наш, на Которого надеемся и Которому радуемся в ожидании спасения. Ибо он пошлет мир дому сему». Говорят, что эта фреска была создана по заказу одной богатой и, возможно, знатной женщины по имени Феодора. Высказывается предположение, что она принадлежала к нехристианской семье. Так или иначе, мозаика вскоре после изготовления был закрыта телячьей кожей и заштукатурена. Какова бы ни была причина, по которой мозаику старались спрятать, это спасло ее от уничтожения во времена турецкого ига, когда храм использовался как мечеть. Мозаику обнаружили лишь в двадцатом веке, после возвращения этого здания Церкви.

Изображение Господа. Фреска в храме Латому

Есть еще нечто загадочное, связанное с этой мозаикой. В монастыре преподобного Давида имеется табличка без указания даты, со следующей надписью на греческом языке: «Святому Сеннуфию, подвижнику из Нитрии египетской, было видение и голос с небес, подобный Авраамову, говоривший, что ему следует покинуть свою страну и келью и «идти в монастырь Латома в Салониках, который я покажу тебе». Он пришел и спросил иноков об иконе Господа, но они ничего о ней не знали, и он вернулся в Нитрию. Там он снова услышал тот же голос, произнесший те же слова. Он опять пришел сюда и когда стоял здесь, случилось великое
землетрясение, и открылась эта мозаика». Рядом с этой надписью находится икона святого Сеннуфия.

Таким образом получается, что мозаику скрывали от людских глаз дважды. Может быть, нехристианской семье нежелательно было обнаруживать свое участие в таком деле или изображение Господа было слишком нетрадиционным, чтобы оставаться открытым, или же его спрятали, стараясь спасти от осквернения в эпоху вооруженных иноземных вторжений и иконоборчества.

Мощи преподобного Давида покоятся не здесь, в Латому, а в церкви преподобной. Феодоры на улице Ерму.

Преподобный Давид Солунский

Преподобный Давид Солунский
О юности и о родителях преподобного Давида мало что известно. Мы знаем лишь, что он родился в конце пятого века. По сведениям, сообщаемым его биографом, он в ранней юности принял постриг в монастыре Святых Мучеников Феодора и Меркурия в Салониках, известного также под названием Кукульятон. Он был прилежным и неутомимым монахом, смиренным и воздержанным, и, прилагая добродетель к добродетели, быстро поднялся к вершинам святости. Много читал Священное Писание, жития святых и труды Отцов Церкви. Особенно вдохновили его жития великих столпников, которые ради Господа умерщвляли в себе все плотское, живя высоко над землей на маленьких платформах или столбах. Пищу им доставляли ученики, жившие в келье рядом со своим духовным отцом. Столпники годами не сходили вниз, умерщвляя свои страсти и прославляя Бога. Самыми известными из них были преподобный Симеон Дивногорец, еще один святой столпник — преподобный Симеон, а также преподобные Даниил и Патапий Столпники.

В некоторых случаях для духоносных старцев-исихастов, духовных отцов, живших вблизи больших обшин, это был единственный способ спокойно и беспрепятственно проходить аскетические подвиги. Пути избранников Божиих — тайна для тех из нас, кто едва ступил на путь самоотречения, и если их подвиги кажутся нам непонятными, следует смотреть на духовный
плод их жизни. Столпничество же приносило обильные плоды — различные чудеса и исцеления, утешение скорбящих, помощь обремененным грехами, духовное наставничество и пророчества. Благодать Божия обильно изливалась в наш мир посредством этих избранных сосудов Святого Духа.

Именно к таким людям и могут быть отнесены слова Господа о том, что «Царство Небесное силою берется» (Мф. 11, 12). Они охотно отказывались от каких бы то ни было удобств ради Царствия Божия, отдавали себя во власть стихий, терпели мучительный зной, снег и дождь. Господь с избытком давет Свою благодать таким добровольным мученикам.

Читая жития столпников, святой Давид исполнился духовной ревности и пришел к покаянию. Он забрался на миндальное дерево, росшее рядом с храмом, соорудил себе небольшую платформу и стал там жить, терпеливо перенося палящий летний зной и зимнюю стужу. Его решение принять на себя подвиг столпничества было скорым, но не импульсивным. К тому времени он уже был опытным духовником, и его ученики, желая избавить своего духовного отца от страданий столпничества, умоляли его сойти с дерева. «Нам необходимо общение с тобой,» — просили они, обещая выстроить ему уединенную келью там, где он пожелает, только чтобы у них была возможность собираться вокруг него. Но Святой проявил несгибаемую твердость. Он отвечал им: «Братие и чада, я — недостойный грешник, но Христос Господь. Пастырь Добрый, положивший жизнь за Своих овец, защитит вас от козней диавола. Всеблагой Бог удостоит вас Царства Небесного. Что до меня, то я не сойду с этого дерева до истечения трех лет, а после этого спущусь лишь по Его повелению, ибо если не будет Его воли, чтобы я спустился, я останусь здесь навсегда».

Он остался на дереве и жил подобно древним столпникам, с одной лишь разницей: у них были столпы, стоявшие крепко и прочно, а его дерево зимой месяцами качалось в разные стороны на ветру, насквозь продувавшем монастырь. Отец Давид переносил все это без страха, уныния и усталости. Подвиги не изнуряли его. Его лицо, на котором лежала печать небесной красоты, всегда было светлым и сосредоточенным.

По прошествии трех лет Давиду явился Ангел и сказал: «Господь услышал твои молитвы и дарует тебе смиренномудрие, которое ты испрашивал столь прилежно, чтобы ты мог поклоняться Ему со страхом и благоговением. А потому пришло время тебе сойти с дерева и жить в келье в священной тишине, благословляя Бога, до тех пор, пока не сподобишься совершить еще одно дело любви. После этого твоя душа обретет покой, а тело — отдохновение от трудов».

Святой инок призвал своих учеников и рассказал им о посещении ангела. Они с радостью побежали приготовить ему келью и сообщить митрополиту Дорофею о том, что сказал Ангел. Митрополит, все эти годы наблюдавший за ним в смиренном благоговении, поспешил к подножию дерева, приветствовал подвижника целованием и с великим почтением помог ему спуститься. После литургии Святого проводили в келью.

Господь, повелев Своему рабу прервать подвиг столпничества, теперь стал изливать через него Свою благодать. По молитвам преподобного Давида, взывавшего ко Христу, больные получали исцеление, слепые прозревали, бесы выходили из людей, одержимых нечистыми духами.

Как-то раз под окном у преподобного Давида появился молодой человек, страдавший одержимостью, и начал кричать: «Освободи меня, Давиде, слуга Предвечного Бога, ибо из твоей кельи вырывается огонь и жжет меня». Праведник протянул руку из окна, схватил юношу и сказал, обращаясь к нечистому духу: «Господь наш Иисус Христос, Сын Бога Живаго, повелевает тебе выйти из Своего творения». Он запечатлел свои слова крестным знамением, и свершилось чудо — бес вышел из юноши.

В другой раз одна слепая старушка, узнав о добродетельной жизни Святого, попросила знакомых отвести ее к его келье. Она с плачем упала перед ним на землю и стала умолять исцелить ее от слепоты, как Христос исцелял незрячих. Монах отнесся к ней с состраданием, долго молился, а потом велел ей подняться и приблизиться к окну. Он осенил ее глаза крестным знамением, вслух молясь Господу о ее исцелении. И в то же мгновение зрение вернулось к ней. После этого случая жители Салоник стали считать его угодником Божиим.

Несколько лет преподобный Давид прожил в одиночестве, до тех пор, пока для жителей земель, окружавших Салоники, не настал час тяжких испытаний. Крестьяне страдали от нескончаемых набегов грабителей-мародеров, но в те времена в городе не было имперского представителя, лишь наместник, правитель соседней области. Отсутствие постоянного правителя привело к хаосу в делах, и наместник послал письмо митрополиту Аристиду (занявшему место почившего Дорофея), прося его лично или хотя бы через кого-либо из известных ему надежных и добродетельных людей ходатайствовать перед Императором о назначении в Салоники правителя. Митрополит прочел это письмо в присутствии городского духовенства и знати и спросил, кого бы они хотели отправить к Императору. Все были единодушны в том, что ехать к Императору следует преподобному Давиду, чем он и исполнит пророчество Ангела о последнем деле любви.

Митрополит вызвал его из кельи, и все, кто смотрели на него, изумлялись: волосы у него доросли до пояса, борода — до земли, а лицо сияло красотой, подобной Аврамовой. Сначала Святой не хотел брать на себя выполнение этой задачи, ссылаясь на преклонный возраст и неспособность к такого рода делам. Наконец, чтобы не выказывать непослушания, он, скрепя сердце, согласился, предсказав, что Император действительно дарует ему просимое, но сам он умрет, не возвратившись в Салоники. Митрополит подумал, что он пытается найти предлог, чтобы не ехать, и обратился к нему с тихим увещеванием, сказав: «Тогда уподобься нашему Пастырю и Господину, предавшему Себя на смерть ради нас. Отдай свою жизнь за людей, да обретешь благодарность у людей и похвалу у Бога как подражающий Его страданиям».

В должный срок Старец поехал в Константинополь. Когда он прибыл в столицу, Императора Иустиниана (527—565 гг.) не было во Дворце. Преподобного Давида с радостью приняла Императрица Феодора, узрев в нем сияние святости. По возвращении Императора, она рассказал ему о необычном госте: «Всеблагой Бог смилостивился над нами и послал Вашему Величеству ангела из города Салоники — воистину мне кажется, будто я узрела лик Аврамов». На следующее утро Император созвал заседание Сената, отправив своих слуг сопровождать Старца до тронного зала. Святой вошел в зал, положил себе на руку горящий уголек, посыпал на него ладана и стал медленно обходить помещение, кадя в сторону царской четы, придворных, послов и слуг. Каждение заняло больше часа, но рука Преподобного оказалось невредима. Иустиниан принял его с честью и был рад выполнить его просьбу. Он подписал соответствующий указ, отдал его подвижнику и сказал: «Молись о мне, святый Отче». После этого он с почтением откланялся.

Подвижник сел на корабль, плывший в Салоники, но, как он и предсказывал, живым он туда не добрался. Когда до берега оставалось не так далеко, он сказал ученикам: «Чада мои, настал мой конец. Похороните меня в монастыре, где прошла моя жизнь, и заботьтесь о своем спасении, чтобы вам обрести вечный покой». Когда корабль достиг мыса Эмволос, откуда уже был виден монастырь, он поцеловал на прощание учеников и предал душу Богу. В это мгновение корабль, шедший на всех парусах с попутным ветром, внезапно остановился. Команда и пассажиры ощутили чудесное благоухание и услышали, как вокруг поют неземные голоса, славя Господа. Корабль вдруг снова поплыл, так же внезапно как остановился, но, словно ведомый высшей силой, пошел не в порт, как обычно, а к западной части города, куда за столетия до того нечестивые бросили святые мощи святых Феодула и Агафопода.

Народ, узнав о кончине своего возлюбленного Отца, вышел вместе с Митрополитом, чтобы перенести его тело в монастырь, который вскоре переименовали в его честь.

Мощи преподобного Давида.

Спустя сто пятьдесят лет тогдашний игумен монастыря решил открыть моши Преподобного и поместить их в раку для всеобщего поклонения. Однако когда иноки начал копать, каменная плита над могилой раскололась на четыре части. Игумен почувствовал, что это знак, свидетельствующий о том, что начатое им дело не угодно Святому, и приказал прекратить работу. Через несколько лет духовный сын этого Игумена, по имени Сергий (впоследствии он стал митрополитом Салоник), стал молиться, чтобы Святой позволил ему взять маленькую частицу своих мошей. Прошло много времени, и он, наконец, почувствовал, что Бог благословляет его сделать это. Открыв гроб преподобного Давида, он обнаружил его нетленные мощи и не решился ничего взять, кроме нескольких прядей волос из его бороды. Эти пряди потом веками с благоговейной любовью хранили солунские христиане. В наши дни моши преподобного Давида покоятся в церкви преподобной Феодоры на улице Ерму в Салониках и в монастыре Дохиар на Горе Афон.

День памяти преподобного Давида 26 июня.

Церковь святых Кирилла и Мефодия

Глядя на город с берега, паломник видит далеко справа от Белой Башни большой храм с золотым куполом. Это церковь святых Кирилла и Мефодия. Внутри нее имеется маленькая часовня, посвященная святым Киприану и Иустине, мученикам третьего века, жития которых представляют особый интерес.

Святой Киприан, священномученик Никомидийский, жил в Антиохии во времена царствования императора Декия (249— 252). Он родился в Карфагене и еще юношей был посвящен богу Аполлону. Затем он долго учился делам тьмы и зла во всех странах Средиземноморья и стал столь искусен в колдовстве, что мог не только управлять погодой, портить посевы и насылать болезни и мор на тех, кто не угодил ему, но и обманывал людей, якобы вызывая умерших из могил (иллюзия, создаваемая посредством особых дьявольских чар) и принуждая их появляться перед народом и разговаривать. Он лицом к лицу общался с нечистым и имел высокое положение в обществе.

Иустина же, хотя и родилась в семье языческого жреца, узнала о Христианстве от диакона по имени Пралий, проповедавшего на улицах Антиохии веру в воплощение, смерть и воскресение Господа. Со временем ей удалось привести к вере своего престарелого отца Эдесия и мать Кледонию. Отец отказался от языческого служения ради Господа Христа, после того как ему было видение Спасителя в окружении множества ангелов. Христос сказал ему: «Приди ко мне, и я дам тебе Небесное Царство».

Эдесий вскоре почил, а Иустина с матерью продолжали жить в Антиохи, предаваясь посту, молитве и служению бедным. Однажды Иустину увидел на улице богатый, но беспутный молодой человек по имени Аглай и возгорелся страстью к ней. Некоторое время он преследовал девушку, пытаясь уговорить ее выйти за него замуж, но Иустина отвечала, что не желает замужества: «Мой Жених — Христос. Ему я служу и ради Него я храню чистоту. Он сохраняет и душу мою, и тело от осквернения». Аглая разозлил ее ответ. Он подстерег ее вместе со своими дружками, когда она шла в храм, и потащил к себе домой. Соседи, услыхав ее крики, поспешили на помрщь. Аглай, злой и пристыженный, пошел к колдуну Киприану, обещая ему за содействие много золота и серебра.

Киприан согласился и сказал, что сделает так, что Иустина воспламенится к нему еще большей страстью, чем он к ней, и сама придет к нему. Киприан дважды вызывал бесов, стараясь возбудить в девушке плотское желание, но когда ее касались стрелы страсти, она погружалась в молитву до тех пор, пока искушение не проходило, и бесы отступали. Тогда Киприан призвал одного из князей бесовских, который сам явился Иустине в образе женщины, интересующейся жизнью по Богу, и пытался разными доводами добиться от девушки согласия на брак с Аглаем. Иустина почувствовала обман и, сотворив крестное знамение, прогнала и этого беса.

Тогда Киприан силой бесовской сотворил подобие образа Иустины и вселил в него беса, надеясь этой подделкой успокоить Аглая. Но как только Аглай назвал ее по имени, бес бежал, а образ исчез: сила Христа проявилась даже в ее имени. Молодой человек в страхе бросился к Киприану, и тот колдовством придал ему образ птицы. Под воздействием бесовской силы птица полетела, но когда бес увидал в окне Иустину, он в ужасе исчез, а Аглай упал на крышу и лежал там, удерживаясь, чтобы не упасть, до тех пор пока Иустина своими молитвами не помогла ему спуститься.

Колдун был в ярости. Он сам принял вид сначала женщины, потом птицы, но не успевал даже дойти до порога дома Иустины, как чары рассеивались. Он начал в гневе насылать болезни на Иустину, ее семью, соседей, и даже на весь город — на людей и скот. Пошел слух, что Киприан так наказывает Иустину за противодействие ему, и правители Антиохи пришли к девушке, чтобы просить ее смягчиться и уступить. Но Иустина уверила их, что вскоре всем несчастьям настанет конец. Она горячо помолилась Богу, и бесовские наваждения исчезли, после чего все больные выздоровели. Киприан был пристыжен. Поражение его стало известно всему городу.

Дело Киприана потерпело крах, и он, наконец, признал силу Христа, проклял лукавого за его бессилие и объявил о своем намерении стать христианином. Духи тьмы, мстя бывшему колдуну, жестоко нападали на него, но он низверг их молитвой.

Потом он отправился к епископу Антиохии Анфиму, и тот сначала даже не поверил, что этот великий волхв действительно раскаялся. Тогда Киприан принес все свои книги по магии и сжег их на глазах у Епископа и, посыпав себе голову пеплом от них, стал умолять о святом крещении. Его крестили, и он так усердно подвизался, стяжая добродетели, что через год был рукоположен сначала в сан диакона, потом священника, а впоследствии стал епископом Никомидии. Он сам возвел Иустину в диакониссы и поручил ее заботам обитель для христианских девиц. Сам Киприан обратил множество язычников ко Христу. Слава Церкви умножалась, в том числе и его трудами.

Однако диавол жаждал мести. По его наущению местные язычники обвинили Киприана и Иустину в измене перед правителем Антиохии Евтолмием, поскольку они призывали народ отречься от римских богов. Евтолмий приказал заключить епископа Киприана и диаконису Иустину под стражу и отправить в Дамаск. Отвечая на его расспросы, святой Киприан рассказал, как служил нечестивым языческим идолам и бесовским силам, а потом уверовал в истину Христа, которого невозможно победить. Киприана подвергли мучениям: подвесили и скребли его тело острыми ножами. Иустину били по глазам и устам, но оба они твердо стояли в вере. Тогда их бросили в котел с кипящей водой, из которого они вышли невредимыми. Языческий жрец, бывший свидетелем этого чуда, тоже бросился в этот котел, чтобы показать превосходство своих богов, но мгновенно погиб. Перепуганный Евтолмий отправил Киприана и Иустину в Никомидию к правителю Клавдию, описав ему все случившееся. Клавдий тотчас приказал обезглавить их. Иустине отрубили голову первой, а Киприан попросил дать ему время для молитвы, чтобы Иустина не устрашилась при виде его смерти. Она радостно склонила голову под меч и предала дух Богу: Когда на казнь повели Киприана, один человек из толпы, по имени Феоктист, уверовал в истинность Христианской веры и упал на колени перед святым Мучеником. Поцеловав его, он объявил, что и сам христианин, и был казнен вместе с Епископом.

В течение шести дней тела мучеников оставались непогребенными, пока, наконец, христиане не увезли их в Рим, где их с честью похоронила благочестивая родственница Кесаря Клавдия по имени Руфина. На их могилах совершалось множество чудес, и даже в наши дни православные христиане молятся святым Киприану и Иустине об избавлении от страстей и оккультных воздействий. Частицы их мощей хранятся в часовенке святых Киприана и Иустины в церкви святых Кирилла и Мефодия в Салониках.

День памяти святых Киприана и Иустины 2 октября.

Белая Башня. Музей Византйской Цивилизации

Белая Башня. Музей Византйской Цивилизации

Этот замечательный музей, находящийся в нескольких кварталах от берега, содержит постоянную экспозицию раннехристианского искусства и культуры. В планы музея входит организация выставок, рассказывающих о жизни в раннехристианский период, о македонских Императорах и Комнинах, о византийских замках и эпохе Палеологов, наследии Византии в эпоху турецкого ига, а также выставки собрания небольших икон. Первая экспозиция после открытия музея в 1997 году была посвящена сокровищам афонских монастырей — это была самая обширная выставка предметов церковного искусства Афона, когда-либо проходившая за пределами Святой Горы.

Белая Башня стоит на берегу моря, лицом к старому городу. Эта башня — единственное, что осталось от венецианской дамбы тринадцатого века. В наши дни в ней размешается музей византийского и раннехристианского искусства, в котором стоит провести несколько часов. Экспонат располагаются на шести этажах и включают мозаику, фрески, иконы и церковные артефакты. Здесь православный паломник может в какой-то степени ощутить величие Византии.

Церковь святителя Николая Орофанос

Церковь святителя Николая Орофанос

Церковь святителя Николая Орофанос («Орофанос» означает «принадлежащий сиротам»), возможно, была построена в двадцатых годах четырнадцатого столетия Стефаном Милутией из Сербии. Считается, что когда-то этот храм принадлежал детскому приюту (отсюда и его название), от которого сейчас осталась только эта небольшая обычного вида церковь и примыкающее к ней здание. Церковь украшена великолепными, хорошо сохранившимися фресками четырнадцатого века. В том числе, там есть известная фреска с изображением святителя Николая в лодке, покровителя плавающих и путешествующих по морю; другие сцены из жития святителя Николая, сцены страстей Христовых и изображения двунадесятых праздников Православной Церкви. Снаружи храм выглядит очень просто, но это обманчивая простота: этот маленький храм является одним из самых запоминающихся мест паломничества в Салониках.

Влатадонский Монастырь

В наше время этот путь занимает всего три часа на автобусе, но в евангельские времена путешествие из Филипп в Салоники по дороге Виа Игнатия длилось три дня. Святой апостол Лука пишет в Деяниях Апостолов, что они проходили такие места, как Амфиполь и Аполлония, которые сейчас уже не существуют. Салоники же по-прежнему живут и процветают — почти чудесным образом, если принять во внимание вторжения и захваты, коими изобилует их история.

В Салониках миссионеры остановились у своего земляка Иасона и три субботы подряд проповедовали в синагоге. Некоторые из евреев, многие греки, самые известные в городе женщины после их проповеди уверовали во Христа. Среди неуверовавших были иудеи, которые отнеслись к апостолам враждебно. Они подучили некоторых негодных людей, собрали толпу и спровоцировали в городе возмущение.

Х.В. Мортон комментирует:
…Так же, как Пилату кричали, что он «не друг кесарю», если не осудит Господа, так и теперь, эти иудеи в Салониках играли на отношениях с Римом. Они заявили, что Рим не посмотрит благосклонно на посланцев «императора» по имени Иисус. Одного шепотом сказанного слова о государственном преступлении было достаточно, чтобы создать панику в любом из этих городов: фактически, как указывает Тацит, во времена царствования Тиберия обвинение в измене служило универсальным средством устранения неугодных кому-либо людей. По свидетельству Плиния, ничто так не обогащало казну, как подобные обвинения. Поэтому власти Салоник, каким бы напрасным и ложным ни казалось им это обвинение, были вынуждены обратить на него внимание.»

Павел и его спутники избежали ареста. Когда македонские солдаты пришли за ними, их не было дома. Но Иасон и некоторые другие христиане предстали перед городскими начальниками. Их обвинили в измене на основании того, что они почитают «другого царем, Иисуса». Но нашлись люди, готовые за них поручиться, и они были освобождены. Предвидя новый арест, Павел и Сила в ту же ночь отправились в Верию, что в сорока милях к западу от Салоник, где к ним позже присоединился Тимофей.

В двух своих посланиях к солунянам (первое, возможно, было написано в Коринфе, спустя несколько месяцев после бегства в Верию) святой Павел старается укрепить узы любви, возникшие между ним и новообращенными солунскими христианами, напоминая им, «как каждого из вас, как отец детей своих, мы просили и убеждали и умоляли поступать достойно Бога, призвавшего вас в Свое Царство и славу» (1 Сол. 2, 11-12). Далее он советует им, как вести себя в повседневной жизни и говорит о судьбе почивших христиан и о Втором Пришествии Господа.

В современных Салониках немного мест, связанных с апостолом Павлом, но есть одна улица — она ведет в Старый город — которую уже много столетий называют «улицей Святого Павла». Она ведет к вершине холма, где стоит красивый маленький монастырь, известный под названием Влатадон. Вокруг монастыря растут кипарисы. Существуют два разных предания относительно того, как именно это место связано с деятельностью Апостола: согласно первому, монастырь возведен на месте, где святой Павел проповедовал (возможно, здесь тогда была синагога), а по другим сведениям, здесь стоял дом, который Апостол посещал и во дворе которого молился. В монастырском храме Преображения Господня, справа от алтаря, расположена маленькая часовня в честь святых Петра и Павла. Эта часовня является памятником архитектуры Греции, но состояние ее оставляет желать лучшего. У Министерства Культуры есть планы ее восстановления. Часовня святых апостолов Петра и Павла, купол и внутренняя южная стена храма — это части первоначальных, древнейших построек монастыря. После землетрясения 1978 года на стене, под треснувшей штукатуркой, обнаружились древние фрески. Они сильно пострадали при турках, бивших по стенам молотками (штукатурка, которой они замазывали росписи, могла лечь только на грубую, шероховатую поверхность). Согласно местному преданию, во дворе монастыря в восемнадцатом веке похоронили одного турка. Говорят, он лежит у порога храма рядом с часовней святых Петра и Павла. Будто бы он испытывал угрызения совести из-за жестокого обращения турок с местными христианами и попросил похоронить его здесь, чтобы «люди тоже попирали меня ногами». Недавно в монастыре возвели храм в честь Успения Богородицы.

Монастырь был основан в четырнадцатом веке двумя братьями -критянами, отцом Дорофеем и отцом Марком Влатисами, сторонниками учения святителя Григория Паламы. Отец Дорофей с 1371 по 1379 год, то есть менее чем через двенадцать лет после кончины святителя Григория, был митрополитом Салоник. Оба брата почили за несколько десятилетий до падения Константинополя.

В 1430 году, после захвата города турками, монастырю был дарован статус гражданской неприкосновенности. Согласно древней версии, у которой и сейчас есть сторонники, турки защищали монастырь потому, что братия Влатадона помогла им захватить Салоники, в обмен на обещание не подвергать монастырь осквернению. Монахи показали туркам, как можно прекратить подачу в город воды с горы Хорциатис. Вода поступала в город через водонапорную башню, примыкавшую к городской стене. Это сооружение принадлежало монастырю. Вода перестала поступать в город, и вскоре его пришлось сдать. Жители Салоник были так разгневаны поведением монахов, что турки вынуждены были выделить для защиты монастыря специальный воинский отряд. После этого его стали называть, и называют до сих пор, монастырь Цуус (по-другому Чауш, то есть турецкий офицер). Согласно другой, более прозаической версии, захватчики разместили в зданиях монастыря городскую администрацию, и там постоянно находились турецкие офицеры.

В наши дни монастырь подчиняется непосредственно Константинопольскому Патриарху. Здесь живут ученики и иностранные православные студенты, изучающие в Салониках богословие. Во Влатадоне имеется небольшая, но интересная богословская библиотека, а также прекрасный центр микрофильмов, в котором все приспособлено для изучения церковного искусства, святогорских рукописей и других духовных сокровищ Православия.

Три храма святого апостола Павла

В Салониках, за стенами Старого города, есть район под названием Айос Павлос (Святой Павел) с тремя храмами в честь апостола Павла. Самый древний из этих храмов стоит на пересечении улиц Кастрон и Леофорос , в зеленой зоне. Рядом расположена часовня, святой источник и пещера, в которой, по 1 преданию, останавливался апостол Павел, когда ему пришлось покинуть Салоники. Это приятное, похожее на парк местечко (здесь растут кедры) уже много столетий является для православных христиан излюбленным местом паломничества. Согласно местному народному преданию, здешний святой источник возник от слез апостола Павла. Апостол ночевал здесь, за городскими стенами, и молился со слезами. Эта земля и часовня принадлежат одному из местных православных братств. К сожалению, храм почти всегда закрыт, за исключением дня памяти святых апостолов Петра и Павла, хотя и идут разговоры о том, чтобы нанять постоянного смотрителя.

Внизу в нескольких метрах на улице Кастрон стоит второй храм, посвященный апостолу Павлу, построенный в 1950-х годах, после того как местному префекту приснился сон, в котором апостол Павел сказал ему, что та часовенка в кедровом парке слишком мала, и ему следовало бы возвести здесь церковь большего размера.

Третья церковь, новая и большая, возвышается над всей этой местностью, располагаясь за старым парком с часовней. Ее освятили в 1997 году. В ней хранится частица мощей святого апостола Павла, в красивом серебряном ларце, украшенном финифтью. С балкона этой церкви видна та пещера, в которой ночевал святой апостол Павел.

Монастырь святого апостола Иоанна Богослова

За городской чертой
Монастыри святого апостола Иоанна Богослова и преподобного Арсения  (Преп. Арсений Каппадокийский)

Монастыри святого апостола Иоанна Богослова и преподобного Арсения Каппадокийского в пригороде Салоник хранят мощи удивительного подвижника и чудотворца двадцатого века преподобного Арсения Каппадокийского.

Преподобный Арсений родился около 1840 года в деревне Фараса (Варасио) в Каппадокии, которая в наши дни принадлежит Турции. Рано оставшись сиротой, он вместе с братом жил у своей тетки, а потом поехал учиться в Смирну, после чего отправился в Кайсери (Кесарию) и поступил в монастырь святого Иоанна Крестителя (называемый также монастырь Флавиана в Зинчи-Дере). Однако в те годы очень не хватало учителей, и митрополит Паисий II рукоположил его в сан диакона и отослал обратно в Фарасу в качестве школьного учителя.

В этой маленькой деревне не было ни школьного помещения, ни парт. Молодой инок постелил в простой жилой комнате овечьи шкуры, и дети сидели на них во время уроков. Помимо прочего, это служило мерой предосторожности в случае, если к ним заглянут турки. Турки были против получения христианским меньшинством образования на греческом языке. Нежданный посетитель, зайдя в комнату, увидел бы детей, сидящих на коленях, и решил бы, что они молятся. Выше на скалах стоял небольшой храм, в котором отец Арсений иногда тайно проводил школьные занятия. В 1870 году в Кайсери он принял сан священника и отправился в долгое паломничество в Иерусалим. Вернувшись в Фарасу, продолжал учительствовать и начал служить священником в деревенском храме. После паломничества в Иерусалим, местные жители называли его Хаджиефенди.

Преподобный Арсений

Отец Арсений перевел множество отрывков из Евангелия на местный диалект, и мужчины из его деревни теперь собирались зимними вечерами вокруг костра послушать, как он рассказывает евангельские притчи или жития святых, а потом пересказывали их дома женам и детям.

Отец Арсений вел строгий, подвижнический образ жизни, кельей ему служила комната с земляным полом. В одном углу лежало несколько покрывал, на которых он спал, а перед иконным углом — овечья шкура, на которую он становился на колени во время молитвы. Еще у него было несколько богослужебных книг, и больше ничего. На плечах он носил старую накидку из мешковины, а когда его просили снять ее во время посещения официальных представителей Церкви, он отказывался, говорил, что это подарок на память от матери. По средам и пятницам он молился и постился, не выходя из кельи.

Его молитва и подвиги принесли плоды, и вскоре о нем заговорили как о чудотворце. К нему обращались как христиане, так и мусульмане, и он никогда не спрашивал, какой человек веры, а лишь интересовался подробностями болезни, чтобы прочесть над страждущим нужную молитву. Он исцелял и телесные, и душевные недуги, в том числе одержимость. Молитвы его так легко доходили до Бога, что когда сам больной не мог придти к нему, родственники старались принести что-нибудь из его одежды. Отец Арсений читал над этой одеждой молитвы, и страдалец, получив одежду обратно, выздоравливал. Когда к нему приходили женщины, жаловавшиеся на бесплодие, отец Арсений, чтобы не провоцировать слухи, не читал над ними молитвы в своей келье, а писал для них те же молитвы на листке бумаги. Иногда он посылал им благословение — носовой платок или фитиль от свечи, который нужно было носить вокруг пояса. Местные жители рассказывали, что у всех этих женщин в течение года рождались младенцы. В те дни, когда священник
заключался в своей келье для молитвы и поста, недужные просто собирали понемногу земли или пыли с порога его двери. Мусульмане, считавшие себя недостойными молитвы, просили угольного пепла из его кадила, размешивали в воде и пили эту воду, получая исцеления. Жители всей той области потом вспоминали: «Мы не знали, что такое врач, мы все шли к Хаджиефенди».

Будучи по натуре мягким человеком, отец Арсений часто намеренно выглядел раздраженным, стараясь не допустить слухов о собственной святости. С теми, кто хвалил его или предлагал плату за исцеление, он разговаривал сурово, настаивая на том, чтобы все, что ему приносили, было отдано бедным.

Он пять раз побывал в Иерусалиме — сначала пять дней шел босиком до порта Мерсина, а там садился на корабль. Хотя и прятался от славы в маленькой, скромной деревушке, имя отца Арсения было известно христианам, ему писали Константинопольский и Иерусалимский Патриархи, прося его молитв. Оба они хотели посвятить его в сан епископа, но он отказывался, ссылаясь на свой «раздражительный характер». В дальнейшем он согласился стать экзархом у Гроба Господня, чтобы иметь возможность помогать паломникам, и в Кесари, дабы не обидеть своего Епископа, которого очень уважал. При этом условия жизни у него остались такими же скромными, поститься и молиться он продолжал по-прежнему.

В 1924 году (к тому времени он служил своей пастве уже более пятидесяти лет) все христианское население Фарасы вынуждено было переехать в Грецию. По условиям договора от 1922 года все жившие в Турции христиане переселялись в Грецию, а греческие мусульмане — в Турцию. Отец Арсений, которому тогда было уже восемьдесят четыре года, добирался до берега вместе с жителями своей деревни, отказываясь садиться на ослика, специально предназначенного для него, чтобы дать возможность ехать на нем маленькому ребенку или кому-либо из больных. В Греции их поселили на острове Корфу, где, как преподобный Арсений и предсказывал, он почил. Это случилось 28 октября/10 ноября, ровно через сорок дней после прибытия на Корфу.

На старом кладбище Корфу христиане до сих пор ухаживают за могилой отца Арсения, приносят свечи и цветы, молятся возле нее. Однако сами мощи Святого были увезены с Корфу старцем Паисием, святогорским иноком, которого в детстве крестил преподобный Арсений. Они покоятся ныне недалеко от Салоник, в монастырях, основанных этим Старцем — святого Иоанна Богослова в Суроти и преподобного Арсения Каппадокийского близ Ватопидии.

День памяти преподобного Арсения празднуется этими двумя монастырями 28 октября (10 ноября по новому стилю).

Обитель в Ормилии

Обитель в Ормилии
Обитель Благовещения Богородицы в Ормилии — это сравнительно новый женский монастырь, один из самых известных в Греции. Обращаем внимание любителей византийского пения на то, что сестринский хор этого монастыря — один из лучших женских хоров в стране. Возможность побывать здесь на службе — благословение для любого паломника. Кроме Благовещения есть еще два праздника, которые они отмечают с большой торжественностью — день святой равноапостольной Марии Магдалины и преподобного Германа Аляскинского. В обители хранится большая частица мощей преподобного Германа.

Салоники

Как добраться:
Из Афин:
Поезда до Салоник ходят с железнодорожного вокзала Лариссис на ул. Делигиани в Афинах. До вокзала от площади Синтагма идет троллейбус № 1.

Автобусы до Салоник отходят от Терминала А на ул. Кифиссиу.

В Салониках:
Самые интересные места паломничества находятся в центре города и в Старом Городе. Расстояния между ними короткие, можно дойти от одного места до другого пешком или немного подъехать на автобусе.

До храма св. Димитрия (Мощи св. Димитрия и св. Анисии):
Находится в Старом Городе, на углу улиц Айос Димитриос и Аристотелус, примерно в двадцати минутах ходьбы от берега, откуда можно также доехать на автобусе № 23 по ул. Венециу.

До храма пророка Илии:
Идти вверх по холму от церкви св. Димитрия, слева от римских бань. Храм пророка Илии стоит на углу улицы Олимпиадос.

До церкви св. влмч. Екатерины (Мощи св. Екатерины):
У храма св. пророка Илии сверните налево, на улицу Олимпиадос, и пройдите по ней минут десять, до начала ул. Сахини. Вернитесь по ул. Сахини назад на несколько сот метров до пересечения с ул. Цамаду, где и стоит церковь св. Екатерины.

До храма св. влмч. Георгия (Ротонда):
По ул. Игнатия до пересечения с ул. Гунари возле Арки Галерия, минутах в десяти от Белой Башни (Византийского музея).

До церкви Панагии Ахиропейтос (Нерукотворной иконы Матери Божией):
Церковь расположена недалеко от храма св. вмч. Георгия (Ротонды) по адресу ул. Айяс Софияс 56, между улицами Игнатиу и Филиппу.

До церкви Айа София:
Находится на площади Айя София, на углу улиц Айя София и Ерму, в двух кварталах от Церкви Панагии Ахиропейтос, по направлению к берегу.

Митрополичий Собор свят. Григория Паламы (Мощи свят. Григория Паламы):
От церкви Айя София идти до пересечения с ул. Митрополе-ос (Мкгоро1ео$), что в одном квартале от берега.

До храма преп. Феодоры Солунской (Мощи преп. Давида Солунского и преп. Феодоры):
Находится по адресу ул. Ерму д. 32, возле гавани, восточнее ул. Аристотелус, в двух кварталах от Айа Софии.

До Белой Башни (Дефку Пиргу — музей византийского и раннехристианского искусства):
Белая Башня стоит возле берега, в нескольких кварталах от Митрополичьего Собора. Ошибиться здесь невозможно.

До монастыря Влатадон:
Расположен по адресу ул. Эптапиргион д.64. Ехать от берега или от храма св. влмч. Димитрия на автобусе № 23 до византийской стены Старого Города. Влатадон стоит возле византийской стены. Автобус останавливается прямо напротив монастыря.

До церкви Осиос Давид:
Находится недалеко от монастыря Влатадон. Спросите дорогу у кого-нибудь в монастыре. Храм прячется в лабиринте маленьких улиц, две из которых носят название Эпмениду и Тимофеу. Если вы поймете, что находитесь недалеко от этой церкви, но не сможете найти ее, спросите прохожих или остановите такси, и оно доставит вас туда за полминуты.

До трех храмов св. Павла (Мощи св. апостола Павла):
От ул. Игнатия или церкви св. Димитрия на автобусе № 24. Попросите высадить вас у Айу Павлу. Автобус останавливается прямо напротив церкви. С балкона большого нового храма, где покоятся святые моши, виден весь парк, на территории которого находится древняя часовня и пещера, в которой молился святой апостол Павел. Стоя у центрального входа в парк, паломник видит на другой стороне улицы второй храм, построенный в 1950-х годах.

Если вы направляетесь к этому парку от церкви св. Димитрия, идите на восток по ул. Айос Димтриос, сверните налево на Зографу Элемис и ступайте вдоль стены мимо больницы Айос Димитриос. Эта улица поворачивает на ул. Кастрон; в конце сверните направо на ул. Леофорос. Первая церковь с правой стороны — это та, что была построена в 1950-х годах, парк с пешеркой и часовней расположен на этой же стороне, а самый новый храм в честь св. апостола Павла, в котором находятся его мощи, стоит на виду на вершине холма.

До церкви свят. Николая Орофанос:
Расположена по адресу ул. Иродату, д. 20. Идите на восток от храма Айос Димитриос по ул. Айос Димитриос, сверните налево (чуть назад) на ул. Олимпиадос/Афинас, потом направо на ул. Иродоту (1гШоШи). Обычно входная калитка открыта. Если нет, пройдите ко входу с обратной стороны.

До церкви святых Кирилла и Мефодия (Мощи святых Киприана и Иустииы):
Стоя на берегу лицом к городу, справа от Белой Башни вы видите церковь с золотым куполом — храм святых Кирилла и Мефодия. Пройдите пешком или садитесь на автобус, который идет по ул. Никис (она переходит в ул. Мегалу Александру). Сойти нужно на ул. Айос Кириллос. Чтобы сеть на автобус в обратном направлении, пройдите до следующей улицы (по направлении от берега). Пусть вас не смущает информация, представленная в некоторых туристических картах, в которых эта церковь названа храмом Айу Павлу. Это ошибка. Здесь имеется боковая часовня честь святых Киприана и Иустины. Их мощи выносят для всеобщего поклонения по средам в 6 часов вечера.

До музея Византийской Цивилизации:
Расположен в западном конце ул. Леофорос Страту рядом с музеем Археологии. От берега и от Белой башни идти примерно двенадцать минут.

За городской чертой:
До монастыря св. Иоанна Богослова (Мощи преп. Арсения Каппадокийского):
Садитесь на оранжевый автобус до Сурути у парка Платиа Дикастирион в центре города между улицами Игнатия и Филипу. По периметру парка расположены остановки автобусов. Ищите автобус оранжевого цвета. Перед тем как автобус отправится, попросите водителя высадить вас у дороги к Айос Иоаннис Монастир. Время в пути — сорок минут. Сойдя с автобуса, поднимайтесь по извилистой дороге справа. Идти здесь минут пятнадцать-двадцать, и не так тяжело, несмотря на то, что приходится подниматься в гору.

До монастыря преп. Арсения Каппадокийского (Небольшие частицы мощей преп. Арсения и свят. Иоанна Златоуста):
Садитесь на городской автобус № 10 до автовокзала Халкидики, что на пересечении улиц Каракаси, Папанастасиу и Канари (автобус № 10 остановится возле перехода у храма Трех Святителей). Поезжайте на автобусе, который идет до Халкидики, и сойдите в деревне Ватопидия (возле Ормилии), недалеко от центра трех полуостровов Халкидики. Попросите высадить вас у дороги на Айос Арсениос и пройдите минут пятнадцать по дороге до монастыря.

До обители Ормилия:
Ехать так же, как до монастыря преп. Арсения, но сойти нужно в Ватопиди (один час сорок минут езды от Салоник), а дальше либо пройти пешком два-три километра, либо подъехать на такси. Планируя эту поездку, следует сначала узнать расписание движения автобусов. Летнее расписание может меняться.

Остров Эгина

Остров Эгина, со всех сторон изрезанный красивыми бухтами, удостоился стать местом упокоения наиболее почитаемого из современных греческих святых — святителя Нектария Пентапольского. Свят. Нектарий провел на Эгине последние годы своей жизни. Он основал здесь женский монастырь, который в наши дни является излюбленным местом паломничества православных греков.
Остров Эгина был заселен одним из первых среди всех греческих островов. Люди поселились там за 2200 лет

Палеохора

до Рождества Христова. С восьмого по четвертый век до Рождества Христова остров процветал, будучи крупнейшим центром торговли на морском пути из Пелопоннеса на север Греции. Монеты, которые чеканили на Эгине, стали первой греческой валютой, использовавшейся для торговли со всем восточным миром, как и эгинская система мер и весов. Остров также славился знаменитыми скульпторами и мастерами ремесел. В 459 году до Рождества Христова многовековое соперничество с Афинами в торговой, спортивной и военной областях стало причиной вторжения афинян на Эгину. Захватчики выгнали с острова местных жителей и сами заселили его. И хотя коренным эгинцам спустя шестьдесят лет позволили вернуться, торговля на Эгине постепенно пошла на убыль. Подобно многим греческим островам, в девятом веке местные жители постоянно страдали от набегов арабских пиратов, которые базировались на Крите, и в конце концов на острове не осталось постоянных жителей. В числе жертв арабских набегов оказались св. Афанасия Эгинская (она жила и умерла на Эгине в первой половине девятого века), и преп. Феодора Солунская младшая, которая ушла на север и достигла святости вдали от родного дома.  В средние века Эгину оккупировали попеременно франки и венецианцы. В 1537 г. на остров напал печально известный турецкий адмирал Барбаросса; он убил много местных жителей. Однако Эгина пала под натиском турок лишь в 1715 году, после пяти веков венецианского правления. В 1826 г, после освобождения от турецкого ига, на Эгине временно разместилось новое греческое правительство, и остров отчасти вновь обрел свою былую значимость.

Монастырь Святой Троицы

Монастырь Святой Троицы
Монастырь Святой Троицы, основанный свят. Нектарием Эгинским, расположен в сухой гористой местности на месте  «Старого Города» — Палеохоры. С четырнадцатого по семнадцатый века Палеохора была густо населена, так как частые набеги пиратов на прибрежные населенные пункты заставляли
эгинцев уходить вглубь острова. За эти несколько столетий здесь было построено 300 церквей и фамильных часовен — феноменальное количество для такой крохотной территории. Сейчас их осталось тридцать пять. Расположены они на горе напротив монастыря и все, за исключением двух самых больших, открыты для молящихся. В некоторых из них еще сохранились древние фрески. Так приятно утром в одиночку обойти эту святую гору и подняться на вершину, вдыхая аромат нагретого солнцем шалфея и мириад диких цветов. Стоящая здесь большая часовня в честь свят. Дионисия Закинфского  была для свят. Нектария излюбленным местом молитвы.

Свят. Нектарий Эгинский

 Святитель Нектарий Эгинский родился 1 октября 1846 года во фракийской деревне Силиврия в семье Димаса и Василики Кефалас и был крещен с именем Анастасий. Семья жила в крайней нищете, а мальчик хотел учиться. Поэтому в возрасте тринадцати лет он уехал в Константинополь и нанялся там на работу помощником в лавке. Среди рассказов о детстве святого есть хорошо известная история о его отъезде из Силиврии. Не имея денег на дорогу, Анастасий пришел в порт и умолял капитана одного фрегата, отплывавшего в Константинополь, взять его на борт. Капитан ответил резким отказом и приказал отдать швартовы и трогаться в путь. Однако корабль не мог сдвинуться с места. Команда несколько раз проверила и перепроверила работу моторов, но никакой неисправности обнаружено не было. Капитан в раздражении поднялся на палубу. Тут взгляд его упал на одинокую фигурку мальчика, который все еще стоял на пирсе, и капитан прокричал ему: «Поднимайся на борт!» Как только мальчик ступил на корабль, судно отчалило от берега и бодро поплыло в открытое море. Но на этом неприятности для Анастасия не закончились: хотя капитан и пустил его на корабль, предстояла еще встреча с контролером, проверявшим у пассажиров билеты. Когда контролер приблизился к нему, мальчик разволновался и заплакал. Его плач привлек внимание одного молодого человека с острова Хиос по имени Хоремис. Он выслушал рассказ ребенка и оплатил ему билет.

На пути в Константинополь, напротив фракийского берега разразился сильнейший шторм. Команда изо всех сил старалась удержать корабль на плаву. Анастасий забился в какой-то уголок на палубе, и капитан, пробегая мимо него, крикнул, что теперь надо крепко молиться, если хочешь остаться в живых. Внутри нательного крестика Анастасия была маленькая частичка Креста Господня, которую ему дала бабушка. Бабушка говорила, что в случае смертельной опасности на море нужно привязать крестик к веревке и опустить в воду, — тогда не утонешь, а спасешься. Ребенок вспомнил бабушкины слова и опустил крестик в воду. Скоро волны утихли, но когда мальчик вытянул веревку, он увидел, что крестика на ней нет. Капитан и команда вознесли Богу хвалу за спасение, а Анастасий был безутешен из-за своей потери. Когда корабль уже вошел в Константинопольскую бухту, матросы услышали громкий стук с одной стороны трюма. Стук повторялся, и один из матросов спустился за борт, чтобы найти источник этого загадочного звука. Это оказался крестик Анастасия, зацепившийся за одну из наружных перекладин корпуса.

В Константинополе Анастасий нашел работу в табачной лавке. Он упаковывал рассыпной табак и доставлял его клиентам на ручной тележке. Но он мечтал о профессии учителя и вел дневник под названием «Сокровищница духовных изречений», переписывая в него отрывки из Писания, афоризмы греческих философов и цитаты из творений святых Отцов. Он сидел по ночам за работой, упаковывая табак, переписывал изречения на оберточную бумагу и заворачивал эти листочки вместе с пачками табака для покупателей.

За работу суровый хозяин давал Анастасию только пищу и жилье, и скоро его одежда износилась и превратилась в лохмотья. Однажды зимой он в отчаянии написал горестное письмо, адресовав его «Господу Иисусу на Небо». Сосед-торговец, увидев у него в руках это письмо, вызвался помочь отправить его, но когда прочел необычный адрес, решил узнать, что там написано. В письме мальчик просил: «Мой дорогой маленький Христос, у меня нет фартука и туфель. Пошли их мне. Ты знаешь, как я Тебя люблю. Анастасий».

Это бесхитростное письмо растрогало доброго торговца, и он тайно послал ребенку денег с запиской: «Анастасию от Господа Иисуса». Увидев на нем новую одежду, хозяин решил, что мальчик украл деньги для покупки этих вещей, и жестоко избил его. Ребенка спасло лишь вмешательство его благодетеля — услыхав шум, он поспешил на помощь и все объяснил хозяину.

К радости Анастасия через несколько лет ему удалось устроиться куратором учащихся Константинопольского подворья храма Гроба Господня и уйти из лавки. Он помогал работать с младшими классами, и за это ему разрешали учиться в старших. В двадцать два года он уехал из Константинополя на остров Хиос и там семь лет проработал школьным учителем в деревне Литион, вдохновленный примером святого восемнадцатого века, проповедника и учителя Космы Этолийского. В двадцать два года он поступил в монастырь Неа Мони на Хиосе и в 1876 году был пострижен в монашество с именем Лазарь. Он носил это имя недолго, так как менее чем через год его рукоположили в сан диакона с именем Нектарий.

Вскоре для него нашелся покровитель в лице богатого жителя Хиоса Иоанна Хоремиса, который по воле Промысла оказался дядей того молодого человека, что оплатил ему билет на корабль на пути из Силиврии. Тогда, много лет назад, Хоремиса необыкновенно растрогал рассказ племянника о бедном мальчике, и когда он узнал, что монастырский дьякон — это и есть тот самый маленький силивриец, сердце его переполнилось радостью. Видя в таком совпадении Промысел Божий, он отправил иеродьякона Нектария учиться в Афины. Потом молодой монах поехал в Александрию, где обрел покровителя в лице Александрийского Патриарха Софрония. Тот послал его обратно в Афины для завершения богословского образования.

Успешно окончив курс, Нектарий вернулся в Александрию и в 1886 году принял сан священника. Менее чем через три года Патриарх возвел его на епископскую кафедру, и он стал митрополитом Пентаполисским и викарным епископом от Каира. Патриарх и прихожане епархии очень любили нового Митрополита за его добродетельную жизнь, мудрость и скромность, но были у него и враги — некоторые из числа епархиального
духовенства, завидовавшие его быстрому взлету. Они оклеветали его, обвинив не только во взяточничестве и аморальном поведении, но даже в стремлении посредством интриг занять Патриарший престол. Враги действовали так настойчиво, что Патриарх Софроний поверил клевете и в ярости изгнал Нектария из Патриархата без всякого суда или возможности защититься.

Келья свт. Нектария

Пути Господни неисповедимы, и следуя Его таинственному промыслу, Нектарий вынужден был всю оставшуюся жизнь просить церковных иерархов восстановить его доброе имя. Два последующих Патриарха Александрии, Вселенский Константинопольский Патриарх и несколько сменивших друг друга афинских архиепископов сочли политически нецелесообразным (или просто не имели достаточно мужества) вступиться за оклеветанного Святого. Никто даже не удосужился проверить голословные обвинения против него.

Клевета и праздные слухи следовали за ним и в Грецию. К тому же Александрийский Патриарх послал туда двусмысленное письмо с объявлением о запрещении его в епископском служении. В течение целого года после своего возвращения свят. Нектарий не мог получить от Министерства по делам религии даже самое скромное место. Все эти долгие месяцы хозяйка, у которой он снимал комнату, проявляя милосердие, позволяла ему жить у нее даже тогда, когда он не мог платить. Она готовила ему горячие обеды и ухаживала за ним, если он заболевал. Целый год Нектарий обращался с просьбой предоставить ему возможность работать, и наконец его назначили странствующим проповедником в сельские районы острова Эвбея. Однако клевета, зародившаяся в Константинополе, скоро достигла и этих мест. Он увидел, что скандальные слухи вызывают сильное смущение среди тех, кому он более всего желал служить. Опечаленный, он вынужден был уехать. Потом он служил проповедником в одной из епархий к западу от Афин, а в 1894 году ему предложили место директора церковной школы Ризариоса в Афинах.
Один из студентов свят. Нектария по имени Панайотис Бразиотис, который впоследствии стал профессором богословия и преподавал в Афинском университете, рассказывал, что новый директор быстро заслужил уважение студентов, преподавателей и администрации не только своим богатым знанием философии и богословия, но и своей святой жизнью. Всем запомнился один случай, когда вместо того, чтобы наказать за драку двоих мальчишек, владыка Нектарий горестно заметил, что это он сам недостаточно хорошо воспитывал этих детей, а потому и отвечать за них должен сам, и наложил на себя строгий пост. Видя это, виновные со слезами раскаяния умоляли его снять с себя пост.

Вспоминают и еще один характерный случай: как-то заболел и попал в больницу один из уборщиков школы. Он был крайне расстроен, так как долгое отсутствие означало потерю работы. Свят. Нектарий, зная, что семью этого человека в случае потери их кормильцем работы ждет полная нищета, приходил рано утром до начала занятий и потихоньку делал за уборщика его работу. Потом уборщика выписали из больницы, и он на следующее же утро поспешил на работу. Он боялся, что его за это время уволили, но когда пришел, увидел митрополита Нектария, спокойно чистившего школьные туалеты, как и во все предыдущие дни, пока болел уборщик.

Биограф свят. Нектария архимандрит Иоаким Специерис, знавший Святого еще в годы его работы в этой школе, вспоминает, как тот, говоря о первостепенных ценностях, выразил мысль, которая, быть может, дает нам некий ключ к пониманию его отношения к собственному своему положению гонимого внутри
Церкви: «Когда человек приходит к пониманию своего предназначения и видит, что является чадом Всесовершенного Бога, он с презрением смотрит на блага мира сего. Да, добродетельный человек в этом мире терпит искушения и унижения; но в глубине его сердца живет радость, потому что совесть его спокойна. Мир ненавидит и презирает добродетельных людей, и все же завидует им, ведь, как говорили наши предки, добродетелью человека восхищаются даже его враги».

Имея богатейший запас богословских знаний, свят. Нектарий был богословом еще и в другом, непонятном многим современным ученым смысле, он воспринимал богословские принципы не только умом, — они жили у него в сердце. Он много и плодотворно писал. Одни только писательские труды могли бы стяжать ему славу: из-под его пера вышли десятки книг и брошюр по богословию, философии, апологетике, церковной истории и исследования, посвященные народному благочестию. Сборники его широко известных гимнов Божией Матери входят в мировую сокровищницу церковных произведений двадцатого века. В наши дни его книги пользуются огромной популярностью в православной Греции, цитаты из них звучат там повсюду. Его считали своим духовным отцом такие светильники двадцатого века как о. Филофей Зервакос Паросский и о. Амфилохий Макрис с острова Патмос.

К нему приходило и много мирян, желавших исповедаться и получить духовный совет. Среди них были женщины, стремившиеся к монашеской жизни, и свят. Нектарий надеялся, что сможет организовать для них монастырь недалеко от Афин. Ему рассказали о разрушенном монастыре на острове Эгина возле Палеохоры — «Старого Города», и в сентябре 1904 года он отправился туда в сопровождении своих трех духовных дочерей. Они нашли там часовенку в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник» и две крошечные кельи, за которыми ухаживала одна старушка, жившая на милостыню от местных христиан. Они вчетвером отслужили всенощное бдение и помолились о том, чтобы, если есть на то воля Божия, Он помог бы им восстановить монастырь.

На следующий день свят. Нектарий встретился с мэром Эгины Николаем Папасом, и тот пообещал отремонтировать сохранившиеся кельи и официально передать ему здания монастыря в собственность. Монахини остались на Эгине, по воскресеньям и праздникам архимандрит Феодосий из соседнего монастыря Хрисалеондиса посылал одного из священников служить в их часовне службу. Свят. Нектарий до 1908 года продолжал работать директором школы Ризариоса, а потом вышел на пенсию и переехал жить в созданный им общежительный монастырь, в котором со временем число монахинь достигло тридцати трех. Первой настоятельницей монастыря стала слепая монахиня Ксения, одна из самых близких свят. Нектарию духовных дочерей, добродетельная молодая женщина, имевшая милостивое сердце. Сейчас рассматривается вопрос о ее канонизации. И хотя в наши дни здесь живет всего около десяти монахинь, монастырь процветает благодаря ежегодно приезжающим сюда десяткам тысяч паломников.

В 1995 году Сестра Феодосия, последняя из монахинь, знавшая свят. Нектария, рассказала  историю своего поступления в монастырь:
«Когда мне было десять лет, я пришла с другими деревенскими девочками в этот монастырь и попросила Геронду (старца Нектария) позволить нам остаться в монастыре. Он улыбнулся и сказал: «Идите домой, а когда еще немножко подрастете, я возьму вас. » Мы ушли домой и вернулись на следующий год в тот же самый день со словами: «Вот, мы немножко подросли. Вы нас теперь возьмете?» И он нас взял, и везде водил вместе с собой за ручку».
Сестра Феодосия стала прекрасной певчей и вспоминала потом, как святой часто выходил из алтаря, когда она стояла на клиросе, и говорил ей: «Пой, пой, мой соловей!»

Мощи свп. Нектария

В одной из монографий о жизни Святителя записаны его слова, сказанные молодым монахиням об их монастыре. Сейчас они воспринимаются как пророчество: «Я строю для вас маяк, а Бог зажжет в нем свет, который будет сиять на весь этот большой и широкий мир. Многие увидят этот свет и придут сюда, на Эгину».

В первые годы существования монастыря шестидесятилетний владыка Нектарий не только выполнял обязанности духовного отца обители, но и занимался тяжелым физическим трудом — обрабатывал огород, носил воду, таскал камни для постройки новых келий. К тому же он хорошо знал сапожное дело и сам чинил обувь монахиням и работникам. Его прозорливость и неизменное молитвенное состояние души не могли укрыться от людей, и скоро о нем заговорили как о старце. Монастырь стал местом паломничества для людей всякого звания и положения — известных и простых. По приглашению свят. Нектария в обитель приехал отец Савва с острова Калимнос (впоследствии канонизированный с именем Савва Новый). Он учил сестер византийскому пению и иконописи. После кончины свят. Нектария он пробыл здесь еще какое-то время, а потом вернулся на остров Калимнос.

Даже здесь, на Эгине, где свят. Нектарий жил практически в уединении, лукавый не желал оставить его в покое и снова воздвиг против него гонение, действуя через нескольких священников, завидовавших его славе духоносного старца и потому обвинивших его в безнравственности. Было проведено расследование, обвинение было снято, но мирный дух обители и мирян, ее посетителей, был потревожен этим очередным проявлением зависти среди духовенства.

Биограф свят. Нектария записал отрывок из своего разговора с Константином Сакорафосом из Ламии, который общался со святым в годы его жизни в обители: «Что сказать Вам, отец Иоаким? После того, как он поселился в монастыре на Эгине, он жил, уподобясь бесплотным духам; он стал, как ангел и вел небесную жизнь».

Архиепископ Титос Матфиакис отмечает:
Его простое, бесхитростное поведение, доброта сердца, крайнее смирение в сочетании с необыкновенной образованностью производили глубокое впечатление… Не будет преувеличением сказать, что усиление религиозного чувства у греческого народа в конце прошлого — начале нынешнего века произошло во многом благодаря вдохновенным, исполненным веры проповедям свят. Нектария… После его проповедей неверующие и враги Христианской веры становились ревностными христианами; клеветники и обвинители оказывались безоружными; скупые, немилостивые сердца открывались для помощи бедным.

В последний год своей жизни свят. Нектарий страдал циститом и много месяцев мучался от жестокой боли. Он отказывался от помощи медиков, утешаясь долгими прогулками через горы в соседний монастырь, где молился у иконы Богоматери «Хрисалеондиса» («Золотая Царица»). В последние месяцы жизни его отвезли в Афины в больницу «Аретеон». Там он был помещен в палату для бесплатных больных и через пятьдесят дней тяжких страданий 8 ноября 1920 года отошел ко Господу в возрасте семидесяти четырех лет.

И уже в тот момент, когда душа его разлучилась с телом, началось обильное излияние чудес по молитвам святого Нектария. Сиделка, готовившая его тело к погребению, сняла с него свитер и положила на край постели больного, который много лет пролежал парализованным. Через несколько мгновений воздух в палате наполнился чудесным благоуханием, и этот больной поднялся с постели, оказавшись исцеленным. Благоухание быстро распространялось по всей больнице, работники больницы и пациенты начали выходить в коридоры и спрашивать, откуда идет это благоухание. В той комнате, куда временно положили тело святого, аромат был так силен, что эту комнату потом не могли использовать несколько дней, несмотря на то, что все время держали открытыми окна. Эта комната потом стала часовней свят. Нектария Эгинского.

Тело Святителя Нектария

Тело Святителя было перевезено на Эгину и погребено во дворе основанного им монастыря. Через несколько лет после погребения, по греческой традиции, его гроб вскрыли, с тем чтобы вымыть и снова похоронить лежащие в нем косточки. К изумлению духовенства и монахинь, участвовавших во вскрытии, тело оказалось полностью нетленным, будто он только что заснул, и даже одежда выглядела так же, как в день погребения. О вскрытии заранее никому не сообщали, иначе собрались бы толпы народа. Одна женщина, возвращаясь на такси с пляжа, с другого конца острова, почувствовала некий чудесный запах. Она была человеком нецерковным, над ее юной душой уже тяготел грех и дурная репутация, но благоухание заставило ее попросить водителя остановиться и бегом поспешить к монастырю — узнать, что там случилось. Вид нетленных мощей святого Нектария так глубоко потряс ее, что она со слезами при всех начала рассказывать о своих грехах. Она исправила свою жизнь и стала православной.

После вскрытия нетленных мошей святого монастырь послал афинскому архиепископу Хризостому Пападопулосу телеграмму с вопросом: что теперь делать? Архиепископ приехал на Эгину посмотреть на моши и, не веря в святость свят. Нектария, велел сестрам оставить тело лежать на воздухе в течение нескольких дней, а потом перезахоронить, чтобы останки истлели естественным путем. Простодушные монахини боялись Архиепископа и его власти, и потому подчинились. Однако два месяца спустя они снова открыли гроб и обнаружили, что тело Святого все еще абсолютно не тронуто тлением. Они положили мощи в часовенку возле могилки, поместив их в мраморную раку.

В 1934 году, через четырнадцать лет после кончины свят. Нектария, мимо монастыря проезжал один неверующий местный врач. Внезапно хлынул дождь, поднялась буря, и ему пришлось искать убежища в монастырском домике для гостей. Будучи наслышан о нетленных мощах свят. Нектария, доктор из любопытства пошел к раке и заглянул под тяжелую мраморную крышку. Невзирая на протест одной из монахинь, случайно заставшей его за этим занятием, он сдвинул крышку, чтобы взглянуть на мощи. Впоследствии он рассказывал: «Я был поражен, увидев, что там лежит владыка Нектарий, такой, каким мы все его знали. Его облик и выражение лица — все было абсолютно узнаваемо, и борода точно такая, как при жизни… А когда я дотронулся до его руки, то почувствовал, что она до сих пор покрыта кожей… она не была ни сухой, ни сморщенной». По воле Божией по прошествии нескольких лет мощи все же истлели, и теперь его глава в серебряной митре хранится в раке в монастырской церкви. Другие части мощей лежат рядом в серебряном яшичке.

Рассказы о чудесах, случившихся с момента кончины свят. Нектария и подтвержденных документально, заняли бы целые тома. Больные и одержимые получают от него исцеление, многих он предупреждает о той или иной грозящей им опасности; нередко он является тем, кому требуется наставление или утешение. Много раз он являлся больным со словами: «Возьми масла из лампады над моей могилкой и исцелишься».

Монастырь Святой Троицы постоянно открыт для паломников. Мощи свят. Нектария, его бывшая могилка и место, где он жил, можно посетить в любой день недели. Недавно у подножия монастыря была построена величественная базилика для паломников, которые тысячами приезжают сюда в летнее время и в дни памяти свят. Нектария.

Память свят. Нектария Эгинского празднуется 9 ноября.

Монастырь вмч. Мины

Автобус до Айя Марины, который идет по широкой дороге у подножия холма от монастыря Святой Троицы, довезет вас до руин строения пятого века до Рождества Христова — храма Афеи. Оттуда вверх по дороге можно дойти до тихого монастыря св. вмч. Мины. Здешняя церковь, красиво расписанная сестрами, а также мирный молитвенный пейзаж с морем невдалеке вполне стоят того, чтобы предпринять это путешествие. Святому великомученику Мине, в честь которого монастырь получил свое название, воину, служившему в императорском войске древнего Египта, греки молятся о возвращении пропавших людей и вещей.

Житие великомученика Мины
Великомученик третьего века св. Мина был египтянином по происхождению, но почти всю жизнь прожил во Фригии (часть нынешней Турции), служа в Римской армии. Ревностный христианин и образцовый солдат, он стал офицером и нес долгую и достойную службу, сражаясь против мародерствовавших варварских племен на азиатской границе Римской империи. Но в конце концов стало известно, что он христианин, и император Максимиан подверг его пыткам за отказ исполнять  приказы — те, что были связаны с преследованием его братьев христиан. Он был обезглавлен, а мощи его впоследствии перенесены в родной ему Египет. После его мученической кончины по предстательству вмч. Мины произошло много чудес. Одно из самых известных случилось в наши дни в местечке Эль Аламейн в Египте.

Великомученик Мина

Название Эль Аламейн образовано от арабской формы имени св. Мины. Там сохранились полуразрушенные стены древнего храма вмч. Мины, на которых все еще видны фрески с изображением различных чудес Святого. Есть там и изображение вмч. Мины, ведущего караван с верблюдами, который он спас от гибели.

Чудо во время боя при Эль Аламейне — 1942 г.
В ходе II Мировой войны Греция оказалась в трудном положении. Ее войска отважно и весьма успешно сражались против армии Италии, но не смогли противостоять вторжению немецких захватчиков, и Греция была оккупирована. Остатки греческой армии обратились в бегство. Они дошли до Египта — родины св. вмч. Мины, где образовали греческий батальон в составе сил союзников и продолжали сражаться за освобождение своей страны от германцев.

Захватив североафриканские земли, гитлеровские войска во главе с Роммелем дошли до Эль Аламейна и остановились здесь на ночь лагерем. Они готовились к штурму Александрии. Сердца жителей Александрии содрогались при мысли о том, что город скоро падет, и они неминуемо окажутся во власти оккупантов. Для греков победа Роммеля в Египте означала потерю остатков их независимой армии.

Но в ход событий вмешался св. вмч. Мина. Он заступился за египтян, греков, православных, коптов и даже мусульман, чтивших его память, и, благодаря его заступничеству, они одержали победу в битве при Эль Аламейне в 1942 году. Эта победа стала одним из самых известных событий всей II Мировой войны.

В полночь, за несколько часов до начала битвы, толпа верующих ясно увидела, как вмч. Мина вышел из своей полуразрушенной церкви, ведя за собой караван верблюдов — в точности так, как было изображено на древней фреске. Вражеские часовые не видели его, и он беспрепятственно прошел в самую середину немецкого лагеря. На непобедимое немецкое войско напала безотчетная, внешне ничем не обусловленная паника, о причинах которой до сих пор гадают светские историки, так и не нашедшие никакого разумного объяснения этому событию. Охваченные страхом и растерянностью, войска Роммеля обратились в бегство под натиском союзных войск. Союзники преследовали их и многих захватили в плен. Из чувства благодарности и благоговения перед чудом союзники отдали этот участок земли православному Патриархату Александрии. Здесь был построен новый храм и основан монастырь в честь св. великомученика Мины.

Память св. Мины празднуется 11 ноября.

Монастырь «Хриссалеондиса» .
Если пройти небольшую деревню у подножия монастыря свят. Нектария и идти по дороге вокруг горы, часа через полтора вы окажетесь у стен уединенной древней женской обители «Хриссалеондиса». Она уютно укрылась в ложбине среди эгинских холмов, утопая в зелени сосен и олив. Это одна из самых тихих греческих обителей. Раньше здесь был мужской монастырь, но несколько десятков лет назад его передали монахиням.

Здесь хранится икона Божией Матери «Хриссалеондиса», написанная восемьсот лет назад. Светящаяся глубоким пурпуром и золотом, икона «Золотой Царицы» столетиями почитается жителями Эгины как чудотворная. Сюда часто приходил молиться свят. Нектарий Эгинский.

Монастырь св. мч. Христофора

Помимо этого на Эгине есть монастырь св. мч. Христофора. Он находится в пятнадцати минутах ходьбы от порта. Там сейчас живут лишь несколько стареньких немощных монахинь, и нет особых святынь. Монастырь интересен историей Святого, в честь которого он получил свое название — св. Христофора, который принял мученическую кончину между 249 и 251 годами от Рождества Христова.
Во времена правления римского императора Декия Рим вел военные действия на севере Африки. В ходе этих военных действий был взят в плен и привезен в Малую Азию огромный, устрашающего вида человек по имени Ребровей. Его товарищами по несчастью оказались христиане, и когда он увидел, каким преследованиям подвергают их Декий и местный правитель, он начал молиться о том, чтобы Бог помог ему заговорить на латинском языке, и он тоже смог бы исповедать свою веру. Когда он молился, перед ним появился человек в одеянии из света и сказал: «Бог услышал твои молитвы, Ребровей. Вставай, и Он даст тебе дар Своего Святого Духа». Человек коснулся его губ, и Ребровей понял, что теперь может бегло изъясняться на латыни.

Мч. Христофор

Ребровей пошел к правителю и спросил: «Зачем ты отдал душу дьяволу? Я тоже христианин и не стану поклоняться богам, которые даже не могут сами за себя заступиться». Стоявший рядом стражник ударил его за эти дерзкие слова, а он сказал: «Мой Христос не позволит мне ответить тебе тем же, но если я рассержусь, все цари этой империи, собравшись вместе, не победят меня». Правитель сообщил об этой угрозе начальнику региона, и тот приказал войску из двухсот солдат взять Ребровея под стражу. Когда пришли его брать, он молился, стоя на коленях, и попросил солдат подождать, пока он закончит. Солдаты сказали, что не хотят ждать, поскольку голодны, а с собой еды у них нет. Ребровей ответил: «Дайте мне те кусочки хлеба, что у вас есть, и увидите, что может сделать мой Бог». Он помолился, и хлеба стало много. Видя это, солдаты уверовали и решили следовать за ним и Христианским Богом. Они сразу же пошли к св. Вавиле, епископу Антиохии, приняли от него крещение, а Ребровей получил от него имя Христофор.

Христофора заковали в цепи и привели к самому императору Декию. По преданию, Декий так испугался, увидев его, что упал с возвышения, на котором стоял его трон. Св. Христофор сказал: «Если ты так боишься меня, который всего лишь человек, почему не боишься Бога?» Декий в гневе приказал ему отречься от Христа и поклониться римским богам. Христофор отказался. Декий подверг его мучениям. Воин стойко перенес все пытки. Потом его заперли в одной комнате с двумя блудницами, которые должны были склонить его к отречению от веры. Когда эти женщины вошли в комнату, Христофор стоял на коленях в молитве. Он тотчас поднялся, и они застыли от страха при виде его. Всю ночь он рассказывал им о Господе Иисусе Христе и о будущей жизни. Женщины уверовали. Когда они уходили, охранник спросил: «Ну что, уговорили его?» Они ответили: «Нет, это он уговорил нас», и палачи увели их прочь, на страдания и мученическую кончину.

Разгневанный император велел бросить Христофора в бушующий огонь, но огонь погас, не коснувшись ни самого Христофора, ни его одежд. Многие из свидетелей этого чуда уверовали и сами приняли мученические венцы, как и те две сотни солдат, что привел ко Христу св. Христофор. В конце концов Декий приказал обезглавить его. После казни местный епископ по имени Петр подкупил воинов, и они отдали ему тело мученика для погребения.

Через некоторое время Декий тяжело заболел. Он испытывал жесточайшие страдания, но не мог умереть. Он понял, что это — наказание от Бога, и сказал жене: «Это оттого, что я убил Христофора. Если я прикоснусь к нему, получу освобождение». Тогда, после казни св. Христофора, христиане собрали и сохранили землю, на которую стекла его кровь. Теперь к постели императора принесли этой земли. Слуги смешали ее с водой и поднесли Декию. Император выпил ее и скончался. . Греки очень любят еще один рассказ о святом Христофоре, который, хотя и официально не входит в его житие, известен: св. Христофор работал лодочником на реке, перевозил людей на другой берег. Однажды во время наводнения он бесплатно перенес через реку на плечах ребенка. Этим ребенком оказался младенец Христос, Который и дал ему имя Христофор, то есть «несущий Христа».

Церковь празднует память мч. Христофора 9 мая.